Элизабет Турсынбаева рассказала, чем работа с тренером по фигурному катанию в России отличается от работы в Канаде.
Турсынбаева тренировалась у Этери Тутберидзе в 2012-13 годах, пять лет провела в Канаде у Брайана Орсера, а затем вернулась к Тутберидзе.
– В России между тренером и спортсменом присутствует некая иерархия. Ты всегда смотришь на тренера снизу вверх, и нет такой фамильярности. Когда я в 12 лет пришла к Этери Георгиевне Тутберидзе и она выходила на каток на тренировке, у меня начиналась паника, приступ небольшой – и так было каждый день.
Это происходило не потому, что тренер сильно на меня ругалась или еще что-то в этом роде. Просто Этери Георгиевна очень строгая с виду. А в Канаде отношения между тренером и спортсменом больше на равных.
Ты приходишь на тренировку и вместе с тренером обсуждаешь план. То есть он спрашивает меня: «А что ты хочешь сделать? Как ты себя чувствуешь?» Если у меня что-то не получалось, я очень расстраивалась, плакала, а тренер не понимал, что со мной происходит. Он меня немного ругал за это – в том плане, что спрашивал: «Зачем ты плачешь? Все будет хорошо».
– Это канадский тренер так сказал бы?
– Да.
– А в России?
– А в России... мне кажется, там все плачут, ха-ха. Мне кажется, там это частое явление, когда плачут на тренировках, соревнованиях.
Еще в Канаде проходит индивидуальная работа и почасовая оплата, то есть ты потренировался 40 минут, а дальше уже сам. В России групповые занятия. Да, может быть, там менее индивидуальный подход, но ты чувствуешь, что работаешь в команде.
Для меня, наверное, было легче выступать на соревнованиях, когда я тренировалась у Этери, потому что чувствовала тыл за спиной. Да, было тяжело на тренировках, но зато на соревнованиях было легче, – сказала Турсынбаева в подкасте на ютуб-канале kana beisekeyev.
https://www.sports.ru/figure-skating/11 … tstvu.html
