«Они очень, очень разные. Иногда это хорошо, но в какой-то момент нужно найти себя как пару, особенно когда взрослеешь. Мы как тренеры и хореографы можем многое, но в какой-то момент все упирается в контакт внутри дуэта.
Нужно направление для общей работы, единое художественное видение. И эта связь между ними всегда была непростой. Хотя между ними лично не было вообще никаких проблем.
Помню, когда они были юниорами, иногда на разминке перед соревнованиями между ними всегда был как будто километр. Они были очень самостоятельными, что хорошо, но иногда это было слишком заметно.
В прошлом сезоне мы много работали над тем, чтобы их сблизить – на льду и вне льда тоже, но это было непросто из-за их характера. Зак самостоятельный, Марджори тоже – работа была больше параллельной. Объем проделанной работы, конечно, вырос. Но последние два сезона нам было сложно выбрать музыку, найти идеи, что-то новое, что устроило бы всех. Двигаться в одном направлении им всегда было трудно.
Я думаю, сейчас они взрослеют и осознают это. Еще по прошлому сезону я видел, что для меня все работает не так, как должно, чтобы достичь целей, которые они перед собой ставили. Я больше не мог помочь им найти себя – я занимался этим десять лет.
Это не значит, что я их оттолкнул, но в работу больше включилась Мари-Франс (Дюбрей). У нас в академии большая тренерская команда, и это было абсолютно нормально. Но в конечном счете и Зак, и Марджори были совершенно недовольны тем, как они провели олимпийский сезон.
Думаю, они оба поняли, что не были на одной волне – в художественном плане, в том, как они соединяются, в своем видении. Они хорошие друзья, но между ними не было настоящего коннекта.
На льду, с художественной точки зрения, у Зака одно представление о том, какими они должны быть, у Марджори — другое. Они немного выросли в разные стороны. У них очень разные характеры, и это работало, но в какой-то момент нужно найти себя в своих различиях, но с общей целью. И я думаю, осознать это было тяжело.
Они пробуются с новыми партнерами, наверное, скоро сами объявят о результатах этих проб. Кстати, обсуждалась и смена тренерской команды, потому что иногда это может дать перезагрузку карьеры. Они рассматривали такой вариант, и мы, конечно, всегда готовы работать на благо каждого спортсмена. Но потом они поняли, что проблема была не в школе. Они приняли совместное решение рассмотреть варианты других партнеров.
Конечно, это немного грустно, потому что они были вместе 15 лет. Они могли бы продолжать, тем более после этого цикла – многие пары, которые были впереди, завершают карьеру. Может, я и не был лично согласен с их решением, но не могу не признать, что что-то шло не так в динамике их развития.
Подчеркну: не было никаких проблем с их отношениями внутри пары или к работе – они всегда относились друг к другу с уважением и большой любовью. Дело именно в разнице видения, как они хотят себя выразить в творчестве. Они взрослеют, но так и не смогли показать это на льду. Мы не нашли решения, как этого достичь.
Они, конечно, осознают риск – что новые союзы могут получиться не такими успешными или даже вовсе не сложиться. Но я думаю, они готовы пойти на этот риск. Они столько сделали вместе, что хотят попробовать пойти по отдельности. Это их право, и я могу это понять.
Немного грустно, что все закончилось распадом, но это может быть к лучшему. В какой-то момент между ними все стало очень... на автомате. Может, я говорю за них, но мне кажется, они не давали друг другу огня, чтобы идти дальше, пробовать новое. Все действительно шло на автомате, и лично мне это не очень нравилось.
Думаю, все к лучшему. Каждый из них стоит перед своим выбором, своей карьерой. У них были отличные программы, они много добились как пара. Но на этом все остановилось. Сейчас перед ними обоими новый вызов.
Они отличные фигуристы, все еще очень молодые, и у них есть возможность найти кого-то, кто подойдет им на новом уровне. Они могут попробовать разные варианты и выстроить другие отношения. Они были как брат и сестра – и немного застряли в этих отношениях.
Когда ты ближе всего к вершине – именно тогда она кажется дальше всего. Последний шаг всегда самый большой. Я знаю, что они открыто обсуждали вопросы совместного будущего и в итоге оба согласились с тем, какое решение принять.
Думаю, они рады двигаться дальше и рады тому, что сделали и чего добились. Они рискуют, чтобы найти себя в фигурном катании – получив при этом удовольствие, новый опыт и новые чувства», – сказал Агенауэр в интервью корреспонденту Спортса’’ Майе Багрянцевой.
